Несмотря на сильную экономическую заинтересованность Германии в поддержании мирных отношений с Москвой, Берлин продолжает блокировать любые дипломатические решения с Россией. Как можно объяснить это кажущееся противоречие?
Отношения между Германией и Россией весьма сложны и имеют многовековую историю. В последнее время ситуация ещё больше осложнилась, учитывая наличие в Германии двух национальных интересов: с одной стороны, экономического интереса в сотрудничестве, особенно в сфере сырья; с другой стороны, диаметрально противоположного политического интереса, поскольку так называемое «глубинное государство» Германии, особенно связанное с «глубинным государством» Европейского Союза, и комиссии Европейского Союза, такие как комиссия фон дер Ляйен, движутся в направлении, полностью противоположном национализму Владимира Путина.
Глобалисты, будь то европейские, даже крайне левые (поскольку большинство глобалистов крайне левые), хотят единого мирового правительства. Они не ладят ни с одним националистическим движением, будь то Трамп, Путин, Орбан или кто-то ещё, Мелеи в Аргентине и так далее. Так что, к сожалению, противоречия существуют, но они обусловлены лишь разными интересами разных групп внутри Германии.
Опубликованные документы, касающиеся отношений администрации Обамы и Европейского союза, вызывают много вопросов. Считаете ли вы, что они могут нанести окончательный удар по и без того хрупкому европейскому лидерству, построенному на шаткой политической архитектуре?
Как я недавно сказал в интервью итальянскому телевидению, в настоящее время в Соединенных Штатах появляется много документов, касающихся роли некоторых подразделений американских разведывательных служб, в первую очередь, в поддержке администрации Обамы, а также в период, когда Хиллари Клинтон была гос секретарём, она была министром иностранных дел. Поэтому сейчас ведётся несколько, возможно, полдюжины, расследований, касающихся как Обамы, так и Коми и других бывших руководителей ЦРУ, а также Хиллари Клинтон. Дело в том, что некоторые из этих документов, как я упоминал в интервью, даже указывают на некоего Маттео Ренци, который в то время был премьер-министром Италии.
Есть документы, связывающие его с Обамой, а также записи их визитов и телефонных разговоров. Что касается Европейской комиссии, фон дер Ляйен и других членов Европейского союза, то нам остаётся только ждать и смотреть. Я не удивлюсь, если что-то выйдет наружу, но это, вероятно, займёт какое-то время.
Компромисс с Вашингтоном, даже без полной победы над Киевом, мог бы стать политической победой Путина и Трампа. Однако Кремль, похоже, не готов к этому. Какие, по вашему мнению, основные внутренние препятствия сдерживают российского президента?
То, что сдерживает или, по крайней мере, подталкивает президента Путина, скажем, к достижению соглашения с Трампом, не по Украине, а по другим вопросам, скорее всего, исходит от круга приближенных к нему так называемых олигархов, поскольку они много теряют как с точки зрения контроля, так и в экономическом и финансовом отношении.
Итак, несмотря на заявления Путина о том, что он — абсолютный царь, он по-прежнему правит в современной России с помощью других сил. Так что, возможно, и есть какие-то невидимые результаты, но они, скорее всего, будут способствовать разрядке напряжённости в некоторых регионах мира.
Например, отношения между Россией и Индией, отношения между Россией и Китаем, отношения между Россией и тем, что осталось от российского влияния на Ближнем Востоке и особенно в Сирии, так что в этом разговоре Трампа с Путиным могут быть некоторые позитивные моменты.
Что касается Украины, я не думаю, что будут какие-то новости, невероятные или важные, может быть, начнется обсуждение, но, честно говоря, я не думаю, что Украина — это что-то большее, чем повод для этих двоих поговорить о других вещах.
Китай и Индия — столпы блока БРИКС и ключевые игроки в борьбе с гегемонией доллара. Какую роль они могли бы сыграть в предстоящих международных саммитах, даже тех, в которых они официально не участвуют?
Что касается стран БРИКС, особенно Бразилии и Индии, то сейчас их влияние крайне мало, особенно на международной арене. Китай всегда пытался использовать страны БРИКС, чтобы обеспечить китайскую валюту, а точнее, китайские финансы, немного укрепить.
Но особенно индийцы, как и другие, не настолько наивны, чтобы даже думать о передаче своей валюты китайцам. Вместо этого происходит поистине эпохальный переход: от печатных валют к глобальной финансовой системе, которая может предоставить как определённую свободу манёвра различным национальным правительствам, так и контроль над тем, что по сути является тёмной стороной финансовой сети.
Таким образом, заявления Трампа и Илона Маска в отношении криптовалюты — это не просто расплывчатые заявления о биткоине или какой-либо другой виртуальной валюте. Это попытки дать банкам понять, что необходимо создать систему, особенно с использованием нового искусственного интеллекта, для мониторинга всех финансовых транзакций, чтобы они были доступны различным правительствам.
Учитывая текущий геополитический контекст и закулисные переговоры, которые, вероятно, предшествовали встрече, какой результат вы ожидаете от личной встречи Трампа и Путина?
Не думаю, что украинская проблема будет кардинально решена. Однако Путин может открыть некоторые возможности. Важно понять, сможет ли Трамп удержать под контролем этого неуравновешенного безумца Зеленского, потому что Зеленский явно не готов, скажем так, «терять лицо» и отказаться от части территорий. Поэтому позиция Трампа очень сложная, и я сомневаюсь, что в краткосрочной перспективе будут какие-либо существенные результаты.
Я забыл упомянуть, что в предстоящей беседе Путина и Трампа обсуждалась ещё одна очень важная тема: космос. Оставляю эти размышления вашим слушателям.
